Валерий Люшков (strelec_new) wrote in russkij_sever,
Валерий Люшков
strelec_new
russkij_sever

ЧУКОТСКОЕ ЛЕТО (3). "Ребятам" о зверятах.



Природа севера очень хрупка. Это в средней полосе через полтора десятка лет на месте заброшенных сельхозугодий уже растет лес, собирают грибы, а на северах там, где основательно «похозяйствовал» человек, не одно и не два десятилетия надо, чтобы восстановилась природа, заросли нанесённые ей шрамы.



Мне говорили про место, где мне предстояло провести лето: «Зверя мало, стоят старатели….», но действительность превзошла все ожидания. В свой первый выход по окрестным сопкам я еще застал на снежниках последние следы уходящих на северное побережье Чукотки оленей, следы медведей «пасущих» их на перевалах.



Но, в целом было дико день за днем ходя по горам и, при возможности, внимательно осматривая в бинокль обширные, хорошо просматриваемые распадки, не видеть в них н и ч е г о….



И это при том, что до ближайшего жилого населенного пункта отсюда сейчас отсюда не одна сотня километров. Даже куропатки, по кустарникам вдоль стекающих с гор ручьев, были далеко не везде. То есть волки и медведи и росомахи в этих местах были, но те, кто выжил, вели себя так осторожно и скрытно, что увидеть их было большой удачей.



Отчасти, это результат отношения к этим хищникам и оленеводов, которым они откровенно вредят, и старателям, которым мешают спокойно работать, но, в большей части, это отношение живущих на Чукотке людей к крупным хищникам вообще. Как говорил один встреченный мной в пути, немало поколесивший на своем «Урале» (не мотоцикле) по тундре: « Волка бью там, где встречу. Медведя, если не убегает, убедившись, что перед ним человек».



И не берется здесь в расчёт ни природное любопытство познающего мир молодого зверя, ни другие причины по которым зверь без всякой агрессии может задержаться, ни другие возможности (например, резиновые пули) позволяющие зверю уйти, сделав выводы, что встречаться с человеком опасно. Соответственно и у зверя здесь отношение к человеку как смертельной опасности, а порой, если зверь с характером, и уже был ранен, как к смертельному врагу.
За три месяца проведенных нами "в поле", только раз медведь задержался, встретившись с одним из геологов на дороге. Зайдя под ветер и убедившись в начинающихся сумерках, что перед ним человек, - убежал. Два или три раза заставали медведей и волков на открытых пространствах, перемещаясь на вездеходе. Раз медведь приходил полюбопытствовать к лагерю, раз проходил поблизости мимо. Оба зверя, прогнанные собаками и находившимся в лагере человеком, больше не возвращались. Пару раз видели зверей вдали, пасущихся на ягодах. Лишь к одному из них мне удалось подойти на двадцать метров. Но, едва, высунувшийся из стланика зверь услышал мой: «Привет!», за то время, которое мне понадобилось, что бы нажать кнопку спуска на фотоаппарате, медведь успел развернуться.



В следующее мгновение стланик уже трещал вниз по склону, а на открытом пространстве мне удалось снять только сверкающие пятки.



Прогуливаясь вечерами и белыми ночами, я встречал и медведей, но встречи эти были или очень скоротечны, или на большом расстоянии, или в сумеречных, затененных местах. Так или иначе, возможности снять качественное фото в этих условиях не было, а специально заморачиваться с привадой, скрадком, и съемкой из укрытия, - не было возможности.



В качестве основных фотомоделей выручали пищухи,



 евражки,

да

немногочисленные птицы.



Да и с теми было всё не просто, большей частью, через удачу и терпение.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments