March 11th, 2013

лого

Мы покидаем Канин

Погода к следующему дню ни капли не испортилась, мы спокойно позавтракали, собрались, и отправились дальше. Как это часто бывает, небо поначалу было серым, опять где-то ползали дожди, но мы шли по совершенно гладкому морю, которое лишь изредка подергивалось мелкой рябью. Снова тянулся однообразный и унылый берег, но скоро впереди мы увидели, как крёж заканчивается, уступая место огромному открытому пространству: мы приближались к большому заливу, прикрытому от моря длинными песчаными кошками.

Теперь эти пустоши не казались нам такими унылыми, как это было на Белом море. На песке виднелись травяные кочки, лежащие бревна, и солнце выглянуло очень кстати. Мир снова стал теплым и разноцветным. Около двух часов мы двигались вдоль кошек, ища проход в губу, и я постоянно с любопытством наблюдал за здешними ландшафтами. В конце концов, я не выдержал и предложил причалить на одном из островков – а вдруг там есть пресная вода? Тогда мы смогли бы постоять в таком интересном месте до следующего перехода. Мы тут же направились к ближайшему пляжу.

Я заякорил катамаран, взял ружье. Степу мы привязали, а Сева отправился на разведку со мной. Наташка решила прогуляться неподалеку, пока я буду ходить и искать какое-нибудь озерцо.

Довольно долго я шел по пляжу к гряде песчаных горок, поросших травой. Да, это было какое-то совершенно космическое место. Только песок и трава. Когда я перевалил через кочки, то исчезло из виду и море – можно было подумать, что я нахожусь где-нибудь на Марсе.

Однако, скоро мы с Севой попали на огромное гнездовье чаек. Эти взбалмошные птицы всполошились, поднялись в воздух со страшным гомоном, и пытаясь защитить свои владения, начали пикировать на нас. Одна сволочь даже слегка клюнула меня в макушку шапки, и я хотел, было, застрелить ее, но решил не тратить патрона. Просто я очень не люблю чаек, они меня всегда сильно раздражают. Сева тоже бесился и огрызался на летающих тупиц. Так мы дошли до противоположного берега кошки, так и не найдя никаких следов пресной воды. Да и откуда на этом песке озера? Пришлось нам ни с чем возвращаться.

Когда мы все дружно сели на катамаран, вдруг обнаружилось, что Степа сожрал заготовленную ранее печеную рыбу. На палубе валялись обрывки мятой фольги, и рыбы, конечно, среди нее не было. Мы были готовы просто убить этого гада за то, что он лишил нас обеда, но рыбу было уже не вернуть. Степа огреб по полной, и получил обещание, что сегодня он больше жрать ничего не будет. С этим был привязан короткой веревкой к стрингеру – чтоб не рыпался. На этой оптимистичной ноте я оттолкнул катамаран от берега, завел мотор, и мы отправились на поиски прохода между кошек, отгораживающих огромную губу Камбальницы от моря.

Такой проход скоро обнаружился. Отсюда прекрасно виднелись избы деревни, к которым я решил двигаться: идти дальше было как-то лень, а там, среди изб, мы могли бы найти что-то интересное, устроиться в удобном месте, а может быть даже и встретить людей. Акватория здесь, конечно же, не соответствовала карте: очертания кошек уже давно изменились, но, в конце концов, нам удалось выйти на глубокое место в мелкой, в целом, губе и, руководствуясь картой, я направил лодку к устью.

Однако, в конце концов мы все-таки сели на илистую мель, и дальше мне пришлось подтягивать катамаран, идя пешком прямо по дну. Я надеялся, что рано или поздно я нащупаю русло реки, и там мы сможем идти под мотором. Так оно и случилось в итоге: через полчасика таких блужданий стало немного поглубже – теперь мы могли зайти в реку и найти себе хорошее место.



Collapse )
kovda

Природоохранный позитив

 
      2 марта было подписано распоряжение правительства об учреждении на Белом море национального парка "Онежское Поморье", где будет охраняться уцелевший массив старовозрастной северной тайги. Нацпарк пробивали пятнадцать лет, и всё это время оставалась угроза, что эта тайга пойдёт под вырубки. Пробили :).