kamelopardalis (kamelopardalis) wrote in russkij_sever,
kamelopardalis
kamelopardalis
russkij_sever

Categories:

По Белому морю на собачьих упряжках

В феврале 2016 года побережьем Белого моря и лесами-болотами Онежского полустрова прошла экспедиция на собачьих упряжках. 400 километров, 6 дней, белоснежное побережье, труднодоступные поморские деревни, храмы, створы, национальный парк "Онежское Поморье" и Чесменский маяк. Здесь я постараюсь вам рассказать о нашем путешествии...





Главные герои нашего путешествия - ездовые: гренландские, маламуты, хаски. Все они из петрозаводского питомника Виктора Симонова и часть из них пойдет в 2017 году в трансарктическое путешествие.

Каждодневный собачьий ритуал прост. Сначала запрягаем.

Потом гоним

Еще и еще.

В середине дня маленький привал.

Собаки не устают, они полны сил и готовы в бой. Это просто минутная слабость.


Потом вновь гоним и так до вечера. Самый долгий переход у нас был 10 часов. Вечером упряжку распрягают, следует единственная кормежка.

Другие герои путешествия - две мотособаки архангельского производства.


Ребята без проблем прошли весь маршрут. Правда, в одном месте "устал" глушитель. В итоге одна мотособака отдувалась за вторую.

А в другом месте - "засосало" озеро (но это по не опытности, некоторые снегоходы тоже засосало).

Итак, о самом путешествии. Не очень ранним, но утром 16 февраля стартуем из Онеги, от визит-центра Водлозерского парка, ему, кстати, в это году 25 лет. А "Онежское Поморье", куда следует дальше экспедиция - самый молодой.

Собаки волнуются, хотят бежать, за ночь они засиделись на месте.

Собачий корм тщательно пакуется, пересыпается с освободившуюся бочку. Каждой собаке в день требуется 500 гр корма. Собак у нас 16.

Собак выводят на лед реки Онега, связывают в упряжи и вперед. Онежане провожают

Уходим на остров Кий


Белое море торосится. В основом лед грязный - желтый, это от реки Онеги, которая несет ил, грязь и песок. Зеленые и голубые цвета дает соленая морская вода.

Вовсю ловят корюшку


А вот и знаменитый Крестный монастырь, где от шторма в свое время спасся будущий Патриарх Никона. Именно тогда он наглотался морской соленой воды и принял решение о церковных реформах.

Сквозь плотные облака пробивается солнца. Но тщетно, нагоняет метель.

По дороге случаются любопытные архитектурные казузы. Например, такой туалет с панорамным видом на Белое море.


Ночуем в Кянде, в деревенском клубе, прямо на сцене. Утро после ночи в деревенском клубе оказалось освежающим. Но благодаря радушным хозяевам кяндчанам и горячему завтраку, утро заиграло новыми красками. С утра посетили местный музейчик, расположенный в здании старой школы, Федор Конюхов сфотографировался с местными жителями и вся наша кавалькада ушла к Белому морю (Кстати, на фото - дом Агафёла Кочалина, местная достопримечательность).

Из деревни уходим прибрежным лугом в Кяндскую губу.

Здесь местные промышют рыбку. МНого женщин. Целых два штука.

Лунки здесь сверлят в ряд. Иногда не успевают вытаскивать поклевки. Остается только хвататься за голову)


Проходим Кяндской губой и выходим к Романовской тоне, раньше здесь ловили по 12 тонн сельди. Кяндская селедка почиталась не менее соловецкой, были здесь даже избы рыбаков из Лопшеньги.

В Ухтинской губе делаем привал, все в сборе + к нам присоединяется лесничий из Пурнемы.

Собакены кайфуют на солнце.

Отдых закончен - двигаем на Пурнему, солнце развернулось и уже светит в лицо.

У Пурнемы тоже рыбачат. Клюет меньше, но народ веселый. Чуть в стороне сидит рыбацкое племя с Котласа. Вот что им стукнуло ехать в такую даль?

Наконец, упряжки приходят в Пурнему и взбираются на крутой угор, где стоят две церкови.

Настоящее открытие путешествия - деревня Пурнема. Именно здесь находится самая древняя сохранившаяся церковь на берегах Белого моря. Это Никольский храм,  построен он был в 1648 году, скорее всего, на месте сожженной поляками (литовцами, украинцами) церкви. Кстати, из-за военных действий Смутного времени за жителями Пурнемы прочно закрепилось название "католики".

Храм заброшен, закрыт и службы здесь не ведутся с 30-хх гг. ХХ века. В советское время в здании был склад. В 80-ее г. проводились реставрационные работы, поэтому и сохраность его вполне хороша.


Венчает здание антониевский крест.


Ночуем в местной школе-интернате. Прямо на матах в спортзале, это самая теплая наша ночевка. Утром хорошая погода уходит, но надо отправляться дальше.

Следующий пункт нашего пути - Лямца - - одна из труднодоступных деревень Архангельской области, находится она на берегу Белого моря в Онежском районе. Летом путь до нее возможен только морем. Зимой снегоходом или самодеятельным зимником. С финно-угорского название речки и деревни можно перевести как "большой черный лес". Население деревни постепенно сходит на нет, в XIX веке здесь жило более 500 человек, сейчас менее 80-ти. Деревня находится на берегах реки Лямца и раньше называлась Усть-Лямца, известна в документах с XVI века, есть в описях Соловецкого монастыря. Лямца славилась своими промышленниками и мореходами. Была раньше здесь и Ильинская церковь, сейчас в деревне поставлен сруб часовни. Берега у Лямцы очень красивы - огромные, обрывистые, поросшие верхом.

Устье речки и берег - хозяйственная зона - здесь стоят амбары, лодки и сараи.

Застройка здесь сложная - "глазом на море". Много заброшенных и полуразрушенных домов.


Людям живется тяжело, особого дела районным и областным властям до них нет. Например, зимник перемело в начале января и до конца февраля его не разгребли, люди, которые успели доехать до деревни так и оставили здесь свои машины. Мобильной связи здесь тоже нет. Продукты зимой завозят из другой деревни - Пурнемы. На снегоходах. Кооператорам никак не компенсируют эти транспортные расходы (хотя по закону и должны). В итоге, буханка хлеба стоит более 50 рублей. Вот так выглядит местный магазин.


Главная достопримечательность Лямцы немного покосилась. Это металлический крест, установленный здесь в память событий времен Восточной войны, произошедших на этом месте. В 1854-1855 гг. на Белом море активно действует англо-французская эскадра, моряки грабят поморские суда и селения, иногда сжигая целые деревни. В Лямце они были дважды, первый раз жители испугавшись оставили деревню и моряки "обменяли" на три монеты двух быков, семь баранов и 11 кур. Во второй раз лямчане подготовились, 38 человек вооружились древними ружьями и пушкой и дали отпор неприятелю, хотя и были нещадно обстреляны корабельной артиллерией. В память этих событий в 1858 году в Петрозаводске отлили чугунный крест, весио он 208 пудов (1 пуд - 16 кг). В 1860 году его доставили в Лямцу, установлен он был только в 1863 году. Стоит он, кстати, на пирамиде из 33 ядер, собранных после обстрела англичан. Надпись на кресте "Лета 1855 июня 25 дня неприятельский английский пароход, подойдя вечером в шесть часов к селению Лямцы, отправил на берег гребные суда с вооружёнными людьми. Крестьяне Лямца, руководимые рядовым Изырбаевым, открыли по приближающимся огонь из ружей и небольшой пушки, и тем принудили их возвратиться к пароходу. Вслед за тем с парохода начали стрелять ядрами, картечью, гранатами и ракетами и отправили гребные суда с десантом, но и сей высадки крестьяне селения Лямца не допустили и принудили возвратиться на пароход, который продолжал стрельбу во всю ночь, в шесть часов утра ушёл в море. При сих отражениях кроме крестьян принимали участие: архангельский мещанин Александр Лысков, местный священник Петр Лысков и дьячок Изюмов, из крестьян же наиболее отличился Совершаев. Несмотря на продолжительное бомбардирование, из защищавших ранены только дьячок Изюмов, и самое селение пострадало весьма мало. Бомбы, гранаты и ракеты большей частью не разрывались и их собрано крестьянами большое количество. Государь император пожаловал Совершаеву и Изюмову серебряные медали на георгиевской ленте с надписью „за храбрость"

Стартуем дальше. Погода никакая, серо, уныло. Впереди долгий переход. И, наконец, Котово (Котова). С ним связана интересная история. Недавно здесь поселились карельские монахи, до этого они долго скитались по Белому морю, искали место уединенное, ездили на Соловки за опытом, хотели стяжать аскетичную жизнь. Выбрали это глухое место, на месте старого выселка. Не сошлись характерами, разбежались и порушили скитскую жизнь. Здесь правы многие историки, что дух отшельничества в Православии умер еще в XIX веке.  Сейчас на этом месте стоит крест, часовня во имя Кирика и Иулиты, да изба, в которой будет кордон парка "Онежское Поморье", где смогут останавливаться путники-туристы.



Поморские тони - это отдельная песня. Вековые избы и балки, добротные и заброшенные - всякие разные. Они живут по берегам Белого моря веками и гармонично вписаны в ландшафт. Без них никуда, а как приятно укрываться в них от шторма и дождя.

Во многих так и охота остаться на привал. Затопить печь и затеплить керосинку.

От Лопшеньги до Яреньги встречается множество таких "беседок". Любопытно, мило, оригинально.

А эта изба оказалась прочно заперта. Видимо, берегут женщин)

А это спрятались у избы лодочные якоря. Ждут путины-промысла.

Долгий переход застает нас закатом. К месту нашего привала - маяку - приходим уже в темноте.

Наконец, Чесменский маяк! Наверно, у каждого была мечта - пожить на настоящем маяке. В этих ваших Европах есть гостиницы при маяках, у нас же - часть маяков заброшена и полуразрушена, часть принадлежит Министерству обороны. Когда-то в очень далеком детстве мне доводилось малость жить на маяке Секирная гора на Соловках, сейчас мне довелось ночевать на Чесменском маяке, который находится на Онежском полуострове Белого моря и имеет более чем вековую историю.

Маяк сей назван в честь Чесменского сражения 1770 года, когда русские пообломали весла туркам. Кстати, командовал российскими войсками граф Алексей Орлов, в честь которого назван другой наш мыс и маяк - Летне-Орловский. Вот такая связь Средиземного и Белого морей. Маяк построили в 1899 году, но работать он стал спустя год. Стоит он на самой высокой точке Онежского берега Белого моря и сам хорошо виден. Высота башни маяка - 20 метров, высота огня над уровнем моря - 38 метров. С него хорошо виден Онежский полуостров и даже Соловки.


Снаружи маяк выглядит современно, он обшит красными фальш-панелями и напоминает пожарное депо, но внутри сохранились нетронутые маячные интерьеры - подсобные и жилые помещения с невероятно огромными окнами и потолками, винтовой лестницей. Благодаря норвежцам на маяке обновили окна, здесь нет старых рассохших рам и гуляющего ветра.

Сами смотрители в основном здании не живут, для них построена деревянная избушка. Протопить такую махину просто невозможно, утром температура внутри комнат упала почти до 0. Бррр, думак, из спальника вылезать совсем не охота.

Маяк таит в себе настоящие ценности - шикарные печи, лепнину, советскую атрибутику, вахтенные журналы 30-50-хх гг ХХ века


От маяка идем на Пушлахту - старинное поморское село. Сейчас в Пушлахте живет менее 50 человек. Зимой добраться до нее можно только на лыжах или снегоходе. Летом 1-2 раза в месяц ходит из Архангельска рейсовый теплоход "Беломорье". На фото здание очень похожее на церковь. Ранее здесь был храм во имя Параскевы Пятницы, сейчас на нем надпись "клуб". Поклонный крест новый. Еще одна из достопримечательностей - колокол, висящий посреди деревни и играющий роль пожарной сигнализации. В беломорской истории Пушлахта известна тем, что во время Крымской войны (11 июля 1854 года) англичане сожгли дотла все селение, позже оно было отстроено вновь на государственные деньги.

В Летней Золотице мы задержались дольше, почти два дня. Первый день нещадно снежило и в такую погоду мы отправились в Конюхову губу, где поставили поклонный крест. Именно там жили предки Федора Конюхова.

Перед этим заехали в заброшенную деревню, где сейчас лишь один дом, да часовня-новодел.


Второй день в Золотице выдался солнечным. Даже больше мартовским, чем февральским.

В деревне Лопшеньга делаем ночевку. Местные жители нас тепло встретили. Одна из "фишек" деревни - интересный местный музей. Среди стареньких столов и стульев расположились уникальные предметы поморского быта, вещи с вековой историей и своей судьбой. Музей хорош, но ему явно не хватает достойного помещения и внимания районных властей.


Кстати, за несколько дней до нашего приезда лед Белого моря у Лопшеньги разбило и полная луна пускала дорожки по воде. И все это вкупе с гало.

Их Лопшеньги стартуем в 9 утра, попутно катая детей на снегоходах и упряжках. У моста прощаемся с деревней и берегом моря уходим в сторону Яреньги.

Мост в Яреньге.

Перекус на Мураканах. К нам подъезжают рыбаки, разговаривают и фотографируются с участниками.

Отдых и у собак.

Наконец, последний рывок через Унскую губу до Луды. Там мы грузимся на машины и отправляемся в Северодвинск. Спасибо за внимание и прочтение!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments